«Я не вижу, что ты чувствуешь»: как помочь дошкольнику с нарушением зрения справиться с эмоциями

Автор: Лебедева Екатерина Анатольевна

Организация: МБДОУ №235 комбинированного вида

Населенный пункт: г. Красноярск

Ключевые слова: эмоционально-волевая сфера, дошкольники, нарушение зрения, эмоциональный интеллект.

Когда я пришла работать педагогом-психологом в детский сад для детей с нарушением зрения, я готовилась к разному: к режиму зрительных нагрузок, к очкам и окклюзии, к аппаратному лечению. Но я не ожидала, что больше всего вопросов у меня будет не про зрение, а про чувства. Про тревогу, которая не отпускает ребёнка даже в игре. Про злость, которая вспыхивает на ровном месте. Про вопрос «Что ты чувствуешь?», на который ребёнок искренне отвечает: «Не знаю».

Эта статья - это попытка рассказать, что я увидела, как это объясняется с точки зрения психологии и нейрофизиологии. Надеюсь, мой опыт пригодится коллегам и родителям, которые столкнулись с похожим.

В первые месяцы работы я наблюдала одну и ту же картину. Одни дети входили в группу настороженно, как будто ждали подвоха: боялись новых игр, расстраивались из-за мелочей, постоянно переспрашивали, правильно ли они делают. Другие, наоборот, привлекали внимание любым способом - громко говорили, перебивали, обижались, если взрослый смотрел на кого-то ещё. Некоторые не могли назвать свои чувства и не замечали чужих: могли толкнуть сверстника и искренне не понять, почему тот плачет.

Взрослые нередко объясняли это просто: «характер», «избалован», «невоспитан». Но за одинаковыми ярлыками стояли очень разные истории. И почти в каждой из них был один общий элемент - дефицит зрительной информации о чувствах.

Мы привыкли думать, что зрение нужно, чтобы видеть мир. Но для эмоций оно нужно не меньше. Лицо другого человека - главный «экран», на котором написано, что происходит: радость, страх, обида, удивление. Ребёнок с нарушением зрения видит этот экран иначе: изображение может быть размытым, двоиться, один глаз работает с ограничениями. Добавьте очки, а иногда и окклюзию - заклеенный глаз, - и станет понятно: «считывать» чужие эмоции такому ребёнку объективно труднее.

За распознавание лиц и мимики в мозге отвечает целая сеть зон, тесно связанных с миндалиной - структурой, которая оценивает, безопасна ли ситуация. Если зрительный канал работает с искажениями, эта система недополучает тренировки. И тогда ребёнок реагирует не на реальную ситуацию, а на своё представление о ней: тревожится там, где всё спокойно, злится там, где никто не хотел обидеть.

К этому добавляется социальный слой. Дети стесняются очков и окклюзии, боятся, что их будут дразнить. Регулярные процедуры и ограничения требуют терпения - а волевая регуляция у дошкольника ещё только формируется, ведь префронтальная кора, отвечающая за самоконтроль, созревает постепенно. Получается замкнутый круг: меньше зрительной информации - больше тревоги и импульсивных реакций -больше замечаний и стресса -ещё меньше уверенности в себе.

За годы работы я выделила три ошибки взрослых, которые встречаю чаще всего. Первая - «сначала вылечим зрение, потом займёмся эмоциями». На практике одно неотделимо от другого: тревожный ребёнок хуже переносит процедуры, а успехи в лечении не убирают страхов сами по себе. Вторая - требование «скажи, что ты чувствуешь», когда ребёнку не хватает для этого ни словаря, ни зрительного опыта. Третья - восприятие симптома как характера: «он у нас такой». Но за «таким» поведением часто стоит не характер, а дефицит информации и навыка.

Что же помогло? Прежде всего опора на сохранные каналы. Если зрение даёт искажённую информацию, будем учить эмоциям через голос, интонацию, прикосновение, движение и речь. Второе - проговаривание вслух. Взрослый становится «переводчиком» эмоций: «Ты нахмурился и сжал кулаки - значит, ты сердишься», «Посмотри, у Миши опущены уголки губ, ему грустно». Третье - безопасная среда, где можно сказать «я боюсь» и не получить насмешку. Четвёртое - работа с родителями: очки и окклюзию важно преподносить не как болезнь и стыд, а как «помощников» для глаз, а дома - говорить о чувствах и давать ребёнку обратную связь о его эмоциях.

На занятиях мы играли в игры с голосом и интонацией - «скажи радостно, скажи сердито» - и учились различать эмоции на слух. Использовали тактильные карточки настроения и «мешочки эмоций» с разными наполнителями, чтобы чувство можно было «потрогать». Проводили эмоциональные этюды с проговариванием и игры-пантомимы с комментарием взрослого, связывая телесные ощущения с названием эмоции. Слушали аудиосказки и обсуждали чувства героев. А «дневник настроения» - простой ритуал, который помогал ребёнку замечать, что с ним происходит в течение дня.

Приведу пример. Пятилетний мальчик с нарушением зрения часто отбирал игрушки и обижался, если дети отходили. Его считали «неуправляемым». Но причина была иной: из-за особенностей зрения он не замечал выражения лиц сверстников и не понимал, что задел их. Мы начали с малого - учили узнавать эмоции по голосу и интонации, обыгрывали ситуации с игрушками, проговаривая чувства персонажей и его собственные, использовали тактильные карточки настроения. Через несколько месяцев произошёл сдвиг: мальчик стал замечать по голосу, что сверстнику неприятно, и реже конфликтовал. Это не «волшебная таблетка», но наглядный пример того, что за трудным поведением часто стоит не педагогическая запущенность, а дефицит информации о чувствах других.

Эмоциональный интеллект - способность распознавать, понимать и управлять своими и чужими эмоциями - это «мостик» между эмоциональной и волевой сферой. Ребёнок, который умеет назвать своё чувство, реже действует импульсивно, легче успокаивается и лучше справляется с трудностями. И хотя статья написана про детей с нарушением зрения, описанные приёмы универсальны: они подойдут любому дошкольнику, а детям с ограниченным сенсорным опытом - особенно.

Мой опыт показал простую вещь: эмоциональное благополучие ребёнка - не «бонус» к лечению зрения, а его условие. Когда взрослый перестаёт видеть в тревожном или агрессивном ребёнке «проблему» и начинает видеть ребёнка, которому не хватает информации и поддержки, меняется очень многое. И начинается это с одного вопроса: «Что ты сейчас чувствуешь?».

Список литературы:

1. Выготский Л. С. Психология развития человека. М.: Смысл, 2005.
2. Гонина О. О. Психология дошкольного возраста. М.: Юрайт, 2019.
3. Денискина В. З. Особенности обучения и воспитания детей с нарушениями зрения. М.: Просвещение, 2016.
4. Изотова Е. И., Никифорова Е. В. Эмоциональная сфера ребёнка: теория и практика. М.: Академия, 2004.
5. Леонтьев А. Н. Проблемы развития психики. М.: МГУ, 1981.
6. Люсин Д. В. Современные представления об эмоциональном интеллекте // Социальный интеллект: теория, измерение, исследования. М.: Институт психологии РАН, 2004.
7. Семенович А. В. Нейропсихологическая коррекция в детском возрасте. М.: Генезис, 2007.
8. Солдатова Е. Л. Эмоциональный интеллект дошкольника: диагностика и развитие. СПб.: Речь, 2018.
9. Хомская Е. Д. Нейропсихология. СПб.: Питер, 2018.
10.  Эльконин Д. Б. Детская психология. М.: Академия, 2007.