Код русского языка» — образовательная стратегическая игра по подготовке к ЕГЭ по русскому языку

Автор: Полеивец Татьяна Васильевна

Организация: МОУ-Лицей г. Маркса

Населенный пункт: Саратовская область, г. Маркс

С чего всё началось

Я пришла работать в школу в сентябре 2025 года, и мне достались девятые, десятые и одиннадцатые классы — то есть подготовка к ОГЭ и ЕГЭ с первого месяца работы.

Уроки повторения выглядели у меня так же, как у большинства коллег: берём вариант, разбираем задание за заданием, объясняю правило, дети записывают. Но к концу первого триместра я заметила закономерность: ошибки в заданиях 9–15 повторялись у одних и тех же учеников — при том, что правила они знали. Спрашиваю правило — отвечает без запинки. Даю задание — ошибается снова.

Постепенно я поняла, в чём дело. Проблема не в том, что правило не выучено. Проблема в том, что ученик не опознаёт тип задания: он видит строчку слов с пропущенными буквами и не понимает, какое из десятка известных ему правил здесь работает. Он не видит задание изнутри — как оно устроено, по какому принципу подобраны слова, где составитель поставил ловушку.

Отсюда родилась мысль, ставшая моей находкой: чтобы увидеть задание изнутри, ученик должен сам его составить.

Суть находки

Приём «ученик в роли составителя» не нов, и я не претендую на его изобретение. Сложность оказалась в другом. Когда просто говоришь классу «составьте пять заданий на правописание приставок», получается очередная домашняя работа, которую делают из-под палки и сдают лишь бы отвязались. Составлять её всерьёз незачем: её всё равно никто не увидит, кроме учителя.

Значит, нужен был кто-то ещё, перед кем неловко опозориться. Так появилась формулировка, которая всё изменила: «Составьте задание для игры, в которую мы будем играть всем классом». У карточки сразу появился тот, кто её вытянет. И если в задании возможны два ответа или закралась ошибка, это выяснится вслух, при всех, в разгар партии. Подросткам такой перспективы оказалось достаточно.

Игра, которая из этого выросла, называется «Код русского языка». Оговорюсь сразу: сама игра для меня не самоцель. Она понадобилась как форма, ради которой дети согласились делать довольно трудную работу.

Как устроена игра

В основе — метафора Университета русского языка. Игроки «поступают» в университет, учатся на факультетах, копят баллы и в финале сдают экзамен. Метафора выбрана не случайно: она работает с подростковым стремлением к взрослости и переводит слово «экзамен» из области страха в область игры. Каждый факультет соответствует конкретному блоку заданий ЕГЭ:

Обратите внимание на последний столбец. Стоимость клетки зависит от сложности блока: чем чаще на нём спотыкаются, тем дороже. Пунктуация оценена в пять баллов именно поэтому. Логику дети считывают почти сразу и начинают охотиться за дорогими клетками, то есть сами лезут в тот материал, в который на обычном уроке их приходится загонять.

Поле — замкнутый маршрут; кроме факультетских клеток на нём есть угловые клетки событий и клетки «?». Комплект включает игровое поле, 220 карточек заданий, 32 карточки «Шанс» и «Ловушка», 21 экзаменационную карточку с ключами, карточки баллов, фишки и игральные кости.

Ход устроен просто: бросок кубика, перемещение фишки, карточка задания. Верный ответ приносит баллы факультета, неверный не приносит ничего. Штраф за ошибку мы намеренно не вводили. Когда за неверный ответ отнимают баллы, дети быстро учатся отвечать только наверняка, а в остальных случаях отмалчиваться. Мне же нужно было ровно обратное: чтобы отвечали и тогда, когда не уверены. В этот момент как раз и видно, кто что понимает.

Набрав сорок баллов, игрок объявляет «Сдаю экзамен» и получает карточку из пяти заданий разных факультетов; экзамен сдан при четырёх или пяти верных ответах. Если не сдан, накопленные баллы не возвращаются, копить приходится заново. Правило жёсткое, и убрать его мне предлагали не раз. Я не стала: в нём есть настоящая цена ошибки, только платить её не страшно. За учебный год ребёнок успевает и сдать этот экзамен, и завалить его десятки раз, так что само слово постепенно перестаёт пугать.

Есть два формата: быстрый (30–40 минут, укладывается в урок) и полный (90–120 минут, внеурочное мероприятие или длинная консультация). В командном режиме баллы общие, а экзамены индивидуальные: команда считается аттестованной, только когда сдал каждый её участник. Из-за этого сильные игроки начинают натаскивать слабых сами, без всяких просьб с моей стороны. Сам учитель выступает модератором: разрешает спорные ответы, держит темп и записывает, кто на каком блоке спотыкается. К концу партии у меня на руках картина класса по блокам ЕГЭ, которую иначе пришлось бы собирать контрольной.

Как игра создавалась вместе с детьми

Игра создавалась вместе со старшеклассниками, и они стали полноценными соавторами: придумывали задания, оформляли карточки, тестировали механику и спорили о балансе — сколько должна стоить клетка, не затянута ли партия, справедлив ли эффект «Ловушки». Составляя карточку, ученик открывал справочник не по требованию учителя, а потому что должен был проверить себя перед тем, как отдать задание в общую колоду.

Что изменилось

Первое, что я заметила: дети стали оставаться после уроков и просить доиграть партию. Для молодого специалиста это довольно убедительный сигнал.

Второе связано с кубиком. На обычной викторине слабый ученик выключается уже на третьей минуте, потому что заранее знает, чем всё кончится. Здесь случайность даёт ему шанс, и он доигрывает до конца, а значит, и отвечает на задания до конца.

Третье касается речи. Раньше я слышала «я не понимаю русский». Сейчас чаще слышу «у меня проседает пунктуация». Из общей беспомощности проблема превратилась в конкретную задачу, с которой уже понятно, что делать.

Чего я утверждать не берусь — так это роста экзаменационных баллов: мой первый выпуск ещё впереди, и делать такие выводы было бы нечестно. Но вовлечённость и снижение тревожности я наблюдаю прямо сейчас.

Что дальше

Сейчас я переношу игру на веб-платформу. Цифровой формат снимает главное ограничение настольной версии: она доступна ровно стольким детям, сколько помещается за столом. Онлайн-версия добавит автоматическую проверку, статистику прогресса ученика и кабинет учителя с аналитикой по классу, а главное — сделает такую подготовку доступной школьникам из небольших городов, у которых нет ни репетиторов, ни профильных курсов. При этом офлайн-версия сохраняется: живая партия в классе и индивидуальная практика дома дополняют друг друга.

Но начать можно и без всякой цифры. Комплект не требует затрат: лист ватмана с замкнутым маршрутом, деление клеток на четыре-пять «факультетов» по блокам вашего предмета, карточки из плотной бумаги с заданием на одной стороне и ответом на другой, кубик и фишки. Механика не привязана к русскому языку: факультетами могут стать разделы кодификатора по обществознанию, периоды по истории, темы по биологии. Важно сохранить два принципа — цена клетки отражает реальную сложность материала, а задания составляют сами ученики.

Вывод

Когда меня спрашивают про «Код русского языка», обычно ждут рассказа про поле, фишки и карточки. Но дело не в них. Ученику, который решает задание, достаточно найти ответ. Ученику, который его составляет, приходится разобраться, как оно устроено. Мне оставалось только придумать повод, ради которого подростки согласятся делать эту работу добровольно. У меня таким поводом стала игра, но повод вполне может быть и другим.
Сайт проекта: https://poleivetsss.github.io/kod-russkogo-yazyka